Флюс

 
 
Флюс жил своей жизнью, вздуваясь то сверху, то снизу, то вообще – наискосок Или одновременно. И там, и сям –так что Серега устал приноравливаться с жеванием. То тут болит, то не тут... все сразу или по отдельности.
Ругаться он давно перестал – так, матюгался вполголоса, когда по привычке перекидывал языком пищу на рабочую сторону, которая в это время как раз и не была дееспособной...
Боль стала ежедневной и обыденной. Ну, болит и болит – подумаешь?! Приглашения на шашлыки все еще принимал и...... мучился. От объяснений. А разве объяснишь, что приехал «на запах». Подкладывают гостеприимные хозяева лакомые кусочки, а ты нос воротишь. Они опять норовят, а ты – спасибо, не хочу. Нормальный человек может отказаться – нет. Значит – выпендривается. Или еще что хуже – обиду непонятно на что затаил. Уж лучше не ездить, а то запах, запах... Правда пил со всеми. Пить было не больно. Главное – не закусывать.
- Сергей, ты пока навздевывай мясо на шампуры,
Серега навздевывал и вспоминал.....
 
- Так..., что тут у вас? – спросил молодой башкирский доктор – О..., да вам нужно ставить мосты!
Мосты так мосты – подумал Серега и спросил с показной небрежностью
- А сколько это времени займет?
- Нууу...- протянул доктор – пока обточим, слепок сделаем, закажем-отвезем. Привезут, примерим, опять отвезут...
- А нельзя ли поскорее?!
- Можно! – почему-то обрадовался башкирский стоматолог – это же вы у меня – «калым», а значит можно быстрее.
Ощущать себя «калымом» было не очень-то приятно, но что делать?!
- Пожалуйста...
- Садитесь – и доктор широким приглашающим жестом показал на обитое коричневым дерматином кресло с подставкой для ног, шестом бормашины, заплеванной плевательницей - уж простите меня за тавтологию.
Серега сел, поерзал устраиваясь, положил руки на подлокотники, сжал их для уверенности, но уверенность отсутствовала напрочь. В голове понеслись обрывки детских воспоминаний о мучительной боли (мальчик, больно не будет, зубик молочный), заплаканные лица родных.. Тьфу, не из той оперы....
- А..... – протянул Серега – разве укол не будете делать?
- Зачем – откликнулся жизнерадостно башкирский стоматолог – обтачивать не больно! Ну, может немного неприятно. Откройте рот....
 
Зря Серега поверил башкирскому стоматологу. Было больно. А еще изо рта вилась тонкая струйка дыма и воняло как на мясокомбинате после массового убоя скота – жженой костью воняло... Башкирский стоматолог изредка поливал раскаленный зуб из клизмы, а тот в ответ плевался паром и покрывался трещинами. Потом опять раскалялся и опять плевался.... В глазах темнело, тошнота клокотала в горле, сердце бухало где-то в животе, пытка продолжалась...
Сколько времени ушло на превращение 6-и здоровых зубов в безликие пеньки Серега не запомнил. Из полуобморока вывел голос экзекутора
- Ну вот, обточил! Теперь сделаем слепок и закажем коронки.
И башкирский специалист споро забил рот синей пластилиновой гадостью. Гадость приблизилась к самому горлу, вызвав судорожные, рефлекторные глотательные движения..
- Сожмите зубы и держите так! – скомандовал сын степей в белом халате.
 
....Серега шел домой, с отвращением выплевывал кусочки синей гадости, ощупывал языком одинаковые, безликие заготовки, которые были как бы уже и не зубы, а так – заготовки. И думал – а стоило портить шесть здоровых зубов, чтобы поставить дополнительные три?! Так ли это было необходимо....? Сомнения не были беспочвенными – недаром он проходил у башкирского стоматолога как «калым». Или «халтура». А можно - «шабашка».
 
Первый мост сломался через год. Следом за ним рухнул второй. Третий пока держался.
Пришла боль – сначала робкая, деликатная даже, но быстро почувствовала благодатную карриесную почву и месяц от месяца крепла, ширилась, росла, опоясывая воспаленным пульсирующим кольцом зубы, десны... – нужно было срочно принимать меры. И Серега их принял.
На этот раз доктор был русским. Хорошим специалистом. Очень занятым. К нему записывались за месяцы вперед и шепотом передавали друг-другу душещипательные истории, как он не взял ни рубля у больного пенсионера.
- Вы знаете, ведь не взял! Честно сказал, что помочь не может и не взял! А другие бы взяли.. – и с гордостью смотрели на белую дверь, за которой на разные лады завывала машинка, неся очередной жертве неправильного питания боль или избавление от оной.
Серега поймал вечно спешащего стоматолога в коридоре, цапнул за халат, затормозил, в трех фразах обрисовал обстановку, красноречиво положил руку на нагрудный карман и уже через 15 минут сидел в кресле, судорожно вцепившись в подлокотники, потому что во рту орудовала бешено крутящийся абразивный диск и вгрызался в металл коронки по живому, без наркоза... Какой наркоз, господа, ведь совсем не больно! Да и в коридоре куча народа, которых нужно успеть обслужить, принять, записать, выдать сдачу если нужно... Ох и тяжела жизнь у стоматологов... Врагу не пожелаю!
... Коронка была распилена и по частям вынута – в голове продолжало вибрировать, а противный визг пилы явственно висел в воздухе небольшого помещения, где стояло еще пять подобных пыточных кресел, у которых трудились люди в униформе. Кто-то ахал, вздыхал, просил, что-то звякало металлическим зловещим звяком, завывали на разные лады бормашины – воздух дрожал от концентрации надежды, боли и страха. И облегчения наверное тоже. Обычная ежедневная, рутинная жизнь заурядной городской клиники...
- Придете через неделю...
- Что вы, у меня самолет через пять дней...
- Тогда в четверг. А сейчас нужно сделать слепок.
Слепок сделали, набив рот уже зеленой гадостью, а в четверг поставили зубы. Новые. Муха не сидела. Правда долго подгоняли и опиливали, пока окончательно не посадили на клей.
- Спасибо большое! А на сколько времени можно рассчитывать?
- Ну..., это зависит от множества причин... – протянул русский стоматолог.
Серега не стал пытать хорошего человека, а лишь стыдливо, неумело, краснея и смущаясь сунул конверт в карман докторского халата....
 
Первый мост сломался через год. Следом рухнул второй. Третий – держался.
Болело. Привычной уже болью. Вернее – не «отвычной». Организм быстренько вспомнил все нюансы недавних негативных ощущений и вроде бы сюрпризов не предполагалось. Но...., но зубы вдруг стали шататься и в один прекрасный день Серега без труда и наркоза вытащил коренной зуб с остатками коронки....
Стало страшно... Серега судорожно стал засовывать зуб обратно, но тот в лунку лезть не пожелал ни под каким углом.... Было ощущение, что он не его собственный, а взятый напрокат, поносить. Вот пять минут назад был его и на месте, а теперь лишь зияющая пустота и тоскливое посасывание в желудке. И страх...- без наркоза, двумя пальцами, коренной....
Новоявленный стоматолог подошел к зеркалу и открыл рот – увиденное оптимизма не внушало, а дыра в нижней челюсти не оставляла сомнения – это удручающая реальность. Язык метнулся для исследования воронки, но тут же поплатился глубокой царапиной от острого металлического шипа оставшейся половины коронки. А потом еще раз. И еще, пока не понял, не приноровился к новым порядками и рельефным изменениям полости рта.
Царапины болели, говорить было трудно, есть нельзя, пить изощренно, прямо горлом, самотеком. Нужно было принимать меры и Серега открыл газету...
Четвертое объявление привлекло внимание: «Первая в городе русская стоматологическая клиника. Говорим по русски, польски, литовски, английски».
И четыре фамилии: Л. Машенский, В.Поляк, Л. Ром и М. Милерман, оказавшийся впоследствии девушкой в годах. Барышня – регистраторша назначила время приема и потекли дни ожидания...
 
- Ну, что у вас случилось? Да вы садитесь, садитесь... Я вас слушаю.
Приветливое лицо, аккуратная прическа, стильная белая пижама с кокетливыми кармашками, отороченными синими клапанами – все в ней располагало к доверию, даже марлевая повязка, болтающаяся на уровне второй пуговицы обтягивающей курточки.
- Понимаете, у меня такое дело... – и Серега вкратце, максимально лаконично поведал всю эпопею, начиная с башкирского и заканчивая русским стоматологом. Темно-оливковые, с глубоким карим оттенком глаза дочери израильского народа наполнились состраданием и пониманием, а когда Серегу попросили открыть рот, то из груди доктора вырвался легкий вздох жалости.
- Что же это такое... Разве так можно? Как же вас лечили? – дважды спрашивать не пришлось и Серега с радостью сдал всех где, как, кто и за сколько мучили за его же кровные.
Единственное синие кресло посредине небольшого уютного кабинета, обитого синими же панелями манило к покою, а легкая музыка создавала умиротворяющее состояние из которого вывела мягкая просьба проследовать с плотненькой высокой блондинкой на рентген.
Вернувшись опять в кабинет, Серега увидел лишь спину докторши, которая лицом была повернута к монитору. Было любопытно и он тоже посмотрел. Лучше бы этого не делал – стало стыдно и горько. Судя по снимку тамошней черепушке было не менее 1000 лет. А может и больше. Во всяком случае челюстям. Возникло чувство, что он находится на торжественном приеме с расстегнутой ширинкой. На приемах Сереге бывать не приходилось, а тем более торжественных, но ощущение было ярким и достоверным – именно так бы он себя ощущал. Как сейчас, глядя на то, что и зубами-то язык назвать не повернется.
Милое лицо Марьян (имя врачихи Серега узнал от Тани-помощницы во время облучения) было сосредоточенным и немного печальным.
- Нам предстоит много работы. Вот видите – здесь, здесь и здесь идет воспалительный процесс. Отсюда и периодические флюсы. Но это хорошо, они отводят воспаление от головы, а то бы... – она не стала продолжать, но Серега и так понял.
- И что делать?
- Придется удалять. Лечить бесполезно. Процесс зашел слишком далеко
- А если бы я обратился во время, то...
- То тогда бы спасли зубы. Но сейчас – поздно...
- Хорошо, удаляйте!
- Приходите во вторник...
 
В понедельник вечером Серега ощутил легкое волнение, но вида себе не подал и на следующий день, в назначенное время был в родном кабинете.
Встретили приветливо
- Как себя чувствуете, ничего не беспокоит? А что, опять флюсик появился?
- Ну да, немножко – промямлил пациент, озираясь в поисках инструментов на вафельных полотенцах. Их не было. Они конечно же были, но их не было! Это успокоило.
- Предлагаю удалить сначала сверху, с одной стороны, а....
- А если сразу?! – Серега был настроен решительно – давайте все!
- Что вы, нельзя так много делать уколов!
- Выдержу!
Врачиха колебалась. Это было видно по лицу. Это читалось в иерусалимских глазах.
- Ну, не знаю... – протянула нерешительно – давайте попробуем....
И они попробовали. Оба. Он получил пять уколов и лишился пяти зубов. Она – записала в свой архив 5 очередных побед...
 
Серега неспеша крутил педали и внимательно смотрел по сторонам – внимание рассеивалось, а в глазах колыхалось. Теплые волны сознания накатывались ласковым прибоем памяти, шурша галькой обрывков мыслей – было хорошо и покойно. До нирваны не доставало одного укольчика. Взять его было негде...
 
Расплата наступила через два часа. Пришла боль. И сжимала виски тесным обручем остаток дня и ночь – видимо пять уколов в голову – действительно многовато. Но дело стоила свеч – верхние зубы уже никогда не будут болеть...Не будут беспокоить Серегу зубы сверху!
 
- Раз. Раз-два-три. Ррразззява! Раз. СССС! Сссс! Ссука! Берррезовский! Воррр! Крымм. Мадагаскар. Каррр. Килиманджаррррро! Килиманджаро – горрра надежды, счастья веры и любви!. Орленок. Орррел! Господи, помилуй. Госссподи, помилллуй! – слова выговаривались легко, просто, как прежде – Ура!
А ведь был страх, что не сможет, не получится петь в церковном хоре – начнет пришептывать или пришлепывать – не сможет одним словом. Но смог, сумел! Не влияют задние зубы на чистоту произношения – на дикцию не влияют! На пережевывание – да, но не на дикцию. Хорошо было на душе у Сереги – легко и радостно.
 
Когда Сергей пришел через неделю на очередной прием по удалению нижних, затронутых абсцессом зубов, то опять был настроен решительно, как и в первый раз. И так же сказал, как отрезал – Рвите все!
- Зачем – поинтересовалась докторша, глядя влажным карим глазом – зачем все, достаточно двух.
- Как двух – Серега был разочарован – как двух, лучше наверняка!
- С остальными порядок. Садитесь...
Кресло приняло тело, опрокинулось, легкий укол – по губе пошло онемение.
- Как себя чувствуете, все хорошо?
- Ага, вот только бы икону сверху повесить – сказал Серега глядя в белый подвесной потолок с двумя лампами над головой
- ЧТО?! – в один голос воскликнули врачиха с ассистенткой – какую икону?!
- Обычную..., Создателя... А то смотришь в потолок, а там нет ничего... – стало почему-то неуютно...
- Да-да – выручила ассистентка – только не икону, а какую-нибудь картинку, из журнала!
- Ну да, из журнала – согласился Серега и почувствовал себя предателем....- как легко он сдался, не настоял, не защитил...
- Откройте рот, шире... так больно, нет? Хорошо. Наташа – инструмент!
Наташа подала инструмент, пациент закрыл глаза – и все было кончено.
- Приходите через месяц, будем решать, что делать дальше.
Ничего не ответил Серега – лишь согласно мотал лохматой головой и с благодарностью прикладывал руки к груди.
Конечно он придет и услышат цены на имплантаты, и удивится, и обидится, но это будет потом. Это уже другая история, а пока же думал, что если вдруг..., когда-нибудь...., в каком-нибудь городе РФ вдруг приспичит и придется оказаться в стоматологической клинике в качестве «калыма», то первым делам потребует открыть рот. Так и скажет
- А ну, открывай рот стоматологматьвашу! Покажи, паразит пломбы с коронками.. Ах нету?! Да откуда же ты знаешь – больно или нет, да ты...
Хотя умом понимал Серега, что не будет этого никогда, потому что болеть-то было уже и нечему... Ну нечему было болеть! Так стоит ли волну гнать?! Разве что другим посоветовать?
Оценка звездочки: 
Тэги: 

Комментарии

Комментировать

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.